Ни язычество, ни христианство не достаточны сами по себе, взятые по отдельности: ни то, ни другое не может удовлетворить полностью духовные потребности человека. Всегда есть нечто мучительное в остатке.

Нигде время не рушится с такой лёгкостью, как в уме.

 •

Низость человеческого сердца и пошлость человеческого разума никогда не иссекают с кончиной их наиболее ярких выразителей.

Низшие организмы жизнеспособнее сложных.

Никакой вопль не является последним…
Никто из нас другим не властелин,
хотя поползновения зловещи.

Никто не вбирает в себя прошлое с такой полнотой, как поэт, хотя бы из опасения пройти уже пройденный путь.

Никто так не томим скукой, как богачи, ибо деньги покупают время, а время имеет свойство повторяться.

… Всё, что вам можно предложить, – быть осторожней с деньгами, ибо нули в ваших счетах могут превратиться в ваш духовный эквивалент.

Ниоткуда с любовью, надцатого мартобря…        

Ничего на земле нет длиннее, чем жизнь после нас…

Ничего от смерти не убрать.
Отчего так страшно умирать,
неподвижно лёжа на спине,
в освещённой вечером стране.
Оттого, что жизни нет конца,
оттого, что сколько ни зови,
всё равно ты видишь у лица
тот же лик с глазами нелюбви.

Ничто не проходит даром, / время – особенно.

Ничто не стоит сожалений,
люби, люби, а всё одно, –
знакомств, любви и поражений
нам переставить не дано.

Ничто не убеждает художника более в случайности средств, которыми он пользуется для достижения той или иной … цели, нежели самый творческий процесс.

Ничто так не порождает снобизма, как тирания.

Ничто так не радует усталый взгляд бесстрастного наблюдателя, как зрелище круга, который сомкнулся.

Но белизна вообще залог
того, что под ней хоронится то, что
превратится впоследствии в почки, в точки,
в буйство зелени, в буквы строк.

Но боль усиливалась. Грудь
кололо. Он вообразил,
что боль способна обмануть,
что, кажется, не хватит сил
её перенести. Не столь
испуган, сколько удивлён,
он голову приподнял; боль
всегда учила жить, и он,
считавший: ежели сполна
что вытерпел – снесёт и впредь,
не мог представить, что она
его заставит умереть.

Но в мужестве, столь родственном с упрямством, крах доблести.

Но в том и состоит искусство
любви, вернее, жизни – в том,
чтоб видеть, чего нет в природе,
и в месте прозревать пустом
сокровища…

Но даже режущий ухо звук
лучше безмолвных мук.

Но должен признать, к своему стыду:
я не знаю, куда я иду. Думаю, что иду
в Царство Теней. Иногда скользя,
спотыкаясь. Но такова стезя.

Но если люди что-то говорят,
то не затем, чтоб им не доверяли.

Но каждая могила – край земли.

но каждой божьей твари
     как знак родства
   дарован голос для
    общенья, пенья:
продления мгновенья,
       минуты, дня.

Но лучше мне кривиться в укоризне,
чем быть тобой неузнанным при жизни.

Но он – единица. А единица – ноль,
и боль единицы для нас не боль…

Но плакать о себе – какая ложь!
Как выберешь ты, так и проживёшь.

Но срезанные стебли лезут вверх,
почти не ощущая боли.

Но чем ближе к звезде, тем всё меньше перил…

Но что до безобразия пропорций,
то человек зависит не от них,
а чаще от пропорций безобразья.

 •

Но что трагедия, измена
для славянина,
то ерунда для джентльмена
и дворянина.

Но это только ты,
и жизнь твоя
уложена в черты
лица, края
которого тверды
в беде, в труде
и, видимо, чужды
любой среде…
Но это только ты.
А фон твой – ад.
Смотри без суеты
вперёд. Назад
без ужаса смотри.
Будь прям и горд,
раздроблен изнутри,
на ощупь твёрд.